В годы Советского Союза большинство советских граждан ничего не знали о сталинских политических репрессиях. А те, кто знал, владел очень скудной информацией. Это и понятно, так как жестокое время никого не пощадило, и чтобы выжить надо было молчать. Будучи маленькой, я часто спрашивала у своей бабушки «А почему у нас нет дедушки, где он?». Апа неизменно отвечала «Білмеймін, бір жерде жүрген шығар» (Не знаю, где-то есть, наверное). Будучи студенткой педагогического института, много читала про годы репрессий, узнав, что сталинская карательная машина разрушила миллионы человеческих судеб, сотни тысяч семей, не предполагая, что эта трагедия коснулась и моих родных. Согласно статистике в Казахстане были осуждены более 100 тысяч человек, 25 тысяч приговорены к высшей мере наказания. Борьба с врагами народа велась по плану, только в 1937 году в Казахстане подлежали репрессированию 7500 человек, из них расстрелу – 2500. По Восточно-Казахстанской области аресту подлежало 1350 человек, из них – 300 человек к расстрелу.
О том, что мой дедушка Ибраев Оразгали был репрессирован, я узнала гораздо позже и только в 2024 году, написав запрос в прокуратуру Восточно-Казахстанской области, через высланные материалы уголовного дела выяснила обстоятельства дела.
По обвинительному заключению в ноябре 1941 г. органами НКВД было арестовано 9 человек жителей аула Кок-Терек Больше-Нарымского района ВКО: Ибраев Оразгали, Кушеров Сабек, Колдыбаев Бактияр, Бакашев Саден, Искакбаев Нургалым, Сарынов Темерлан, Колдыбаев Муса, Кушеров Камит. Все обвинялись в принадлежности к антисоветской повстанческой организации, существовавшей с 1934 года на территории Зыряновского и Больше – Нарымского районов и в проведении антисоветской агитации пораженческого характера.
Постановлением Особого Совещания при НКВД СССР от 30 декабря 1942 года шестеро были приговорены к заключению в исправительно-трудовой лагерь сроком на десять лет каждый. В отношении Карымсакова Сайлеубая, 1879 г.р., делопроизводство было прекращено за смертью обвиняемого. Кушеров Сабек, 1910 г.р. был приговорен к заключению в исправительно-трудовой лагерь сроком на пятнадцать лет. Согласно выписке из протокола № 103-м Особого Совещания при Народном Комиссаре Внутренних Дел СССР от «30» декабря 1942 г. — мой дедушка, как потомок бая и судебного бия, за участие в антисоветской повстанческой организации был приговорен к высшей мере уголовного наказания – расстрелу, с конфискацией лично принадлежащего ему имущества
К аресту и осуждению послужили агентурные материалы и показания свидетелей об антисоветских высказываниях обвиняемых.
В 1944-1945 годах, в результате проверки было установлено, что антисоветской националистической организации в Больше-Нарымском районе Восточно-Казахстанской области не существовало. Агентурные материалы, представленные бывшими секретными сотрудниками органов НКВД на основании которых были арестованы обвиняемые по данному делу, являются провокационными.
Во время следствия доносчики по этому делу показали, что они, являясь сотрудниками НКВД, по сговору между собой и с другими секретными сотрудниками представляли в органы НКВД клеветнические сведения на невиновных людей. В переданных мне архивных материалах указаны имена и фамилии тех кто доносил, арестовывал и судил ни в чем неповинных людей. По этичным нормам я не оглашаю эти фамилии, так как их внуки, правнуки за них не в ответе. Хочу только отметить, что в январе 1945 года два агента НКВД за представление в органы клеветнических материалов на выше названных людей были осуждены Особым Совещанием при НКВД СССР к 15 и 10 годам лишения свободы.
Оставшись с 6 несовершеннолетними детьми на руках, моей бабушке приходилось очень тяжело – это недоброжелательность со стороны руководства и жителей аула и нехватка еды для детей. Зная, что всех детей ей не вытянуть, посоветовавшись со старшим сыном Жасуланом, моя бабушка отправляет предпоследнего сына Нигметуллу – моего отца в далекий и незнакомый г. Лениногорск. 16-летний юноша, не знающий русского языка от слова совсем, приехав в город, начинает обучение в школе Фабрично-Заводского Ученичества для подготовки квалифицированных рабочих. Окончив ФЗУ начал работу на Лениногорском руднике полиметаллического комбината под патронажем опытного горняка Соболева Федора. Папе очень повезло, что на его пути повстречался этот очень добрый человек, который обучал его не только ремеслу, всячески помогал ему в быту и учил познавать русский язык. Папа пронес сквозь свою жизнь большую любовь и уважение к дяде Феде и его близким, воспитав чувство благодарности к ним и в нас своих детях. С детства приученный ответственно относиться к труду отец проработал на Лениногорском руднике до пенсии имея 28 лет подземного стажа. За долгий безупречный труд он был награжден Орденом Трудового Красного знамени и медалями за труд.
В 2020 г. в целях всестороннего изучения и решения вопросов реабилитации жертв политических репрессий Указом Президента Казахстана К-Ж. К. Токаева была создана Государственная комиссия по полной реабилитации жертв политических репрессий, куда входили ученые, общественные деятели и представители государственных органов и организаций. Работа комиссии предоставила возможность полно и всесторонне изучить этот трагический период нашей истории. Гласная и всесторонняя оценка трагедии казахского народа 20-50-х годов ХХ века очень важна для молодого поколения казахстанцев. Необходимо извлечь уроки из истории, чтобы избежать такой трагедии в будущем.
Чапибаева Л.Н. – специалист отдела общей истории, археологии и этнографии